306 статья уголовного кодекса рф что грозит

Содержание

Статья 306 УК РФ. Заведомо ложный донос

наказывается штрафом в размере до ста двадцати тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до одного года, либо обязательными работами на срок до четырехсот восьмидесяти часов, либо исправительными работами на срок до двух лет, либо принудительными работами на срок до двух лет, либо арестом на срок до шести месяцев, либо лишением свободы на срок до двух лет.

наказывается штрафом в размере от ста тысяч до трехсот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от одного года до двух лет, либо принудительными работами на срок до трех лет, либо лишением свободы на тот же срок.

наказываются принудительными работами на срок до пяти лет либо лишением свободы на срок до шести лет.

Комментарии к ст. 306 УК РФ

Заявления и письма граждан являются поводом к возбуждению уголовного дела. Сообщение неверных сведений о совершении преступления, введение суда, органов прокуратуры, следствия и дознания в заблуждение серьезно нарушают их нормальную деятельность. В этом случае преступник, по существу, использует правосудие в качестве орудия для достижения своих низменных целей, иногда добиваясь не только привлечения невиновного к уголовной ответственности, но и его осуждения. Поэтому факультативным объектом могут быть интересы личности.

2. Объективная сторона состоит в заведомо ложном доносе о совершении преступления.

В законе не указаны органы и должностные лица, ложный донос которым образует состав рассматриваемого преступления. Ими в первую очередь могут быть органы, которые осуществляют борьбу с преступностью: полиция, прокуратура, органы следствия и дознания. К ним также относятся органы государственной власти и органы местного самоуправления, общественные организации, которые согласно их функциям обязаны передавать сведения о совершенных преступлениях органам и должностным лицам, наделенным правом осуществлять уголовное преследование.

3. Ложный донос относится к числу преступлений с формальным составом, считается оконченным с момента поступления в указанные органы ложного сообщения о совершении преступления. Проверка сообщения, возбуждение уголовного дела, проведение следственных действий, а тем более привлечение невиновного к уголовной ответственности находятся за пределами состава.

4. Субъективная сторона ложного доноса характеризуется только прямым умыслом. Добросовестное заблуждение относительно сообщаемых сведений исключает уголовную ответственность.

Цель в законе не указана, по смыслу комментируемой статьи такой целью выступают возбуждение уголовного дела и привлечение невиновного лица к уголовной ответственности.

6. Ответственность по ст. 306 могут нести также подозреваемые и обвиняемые, если их ложный донос не связан с предметом доказывания по делу в отношении их.

8. Ложный донос становится квалифицированным, если он соединен с обвинением лица в совершении тяжкого или особо тяжкого преступления (ст. 15 УК).

9. По ч. 3 ст. 306 наказывается ложный донос, соединенный с искусственным созданием доказательств обвинения. Он характеризуется тем, что виновный либо представляет фальшивые доказательства обвинения, либо фальсифицирует их.

Источник

Прокурор разъясняет

Уголовная ответственность за заведомо ложный донос предусмотрена ст.306 УК РФ.

Общественная опасность преступления состоит в том, что оно нарушает нормальную работу правоохранительных органов, занимающихся проверкой заведомо ложного сообщения о совершении преступления. Неверная информация отвлекает силы и внимание органов следствия и дознания от борьбы с действительными преступлениями.

Объективная сторона данного преступления выражается в активных действиях, направленных на доведение до сведения правоохранительных органов заведомо ложной информации о не имевшем место в действительности преступном поведении человека. Заведомо ложный донос будет иметь место как в том случае, когда сообщается о полностью вымышленном преступном деянии, так и когда в реально существующем преступлении обвиняется заведомо не причастное к его совершению лицо.

Заведомо ложный донос может быть устным, письменным, выполненным по телефону, через других лиц и пр. Способ совершения преступления не имеет значения для решения вопроса о наличии состава преступления. Не имеет значения и то, назвал доносчик свое подлинное имя, намеренно изменил его или сделал анонимный донос.

Ложный донос считается оконченным с момента поступления в вышеуказанные органы ложного сообщения о совершении преступления.

Данное преступление может быть совершено только с прямым умыслом. То есть виновный осознает, что сообщает правоохранительным либо иным органам, обязанным реагировать на это сообщение, безусловно ложные, не соответствующие действительности сведения о совершении преступления, и желает совершить эти действия, т.е. ввести в заблуждение соответствующие государственные органы.

Мотивы ложного доноса в большинстве случаев носят личный характер (месть, неприязненные отношения, стремление скрыть истинного преступника и др.). Обычно это преступление совершается со специальной целью – возбуждение уголовного дела и привлечение конкретного невиновного лица к уголовной ответственности.

Субъектом ложного доноса может быть любое вменяемое лицо, достигшее возраста 16 лет.

Более строгая ответственность уголовным законом предусмотрена за донос, соединенный с обвинением лица в совершении тяжкого или особо тяжкого преступления ( ч.2 ст.306 УК РФ). Однако в таком случае необходимо, чтобы в доносе содержалось указание на конкретное лицо, якобы совершившее это преступление.

В ч.3 ст.306 УК РФ содержится особо квалифицирующий признак – донос, соединенный с искусственным созданием доказательств обвинения, фальсификацией, имитацией доказательственных фактов, которых на самом деле нет (например, подготовка подставных свидетелей, изготовление фальшивых вещественных или письменных доказательств).

Следует отметить, что ответственность за ложное сообщение об акте терроризма предусмотрена другой, специальной нормой – статьей 207 УК РФ (Заведомо ложное сообщение об акте терроризма). Объективная сторона состава преступления, предусмотренного ст. 207 УК РФ, такова, что ответственность возможна за заведомо ложное сообщение только о готовящемся акте терроризма. В случае заведомо ложного доноса о совершенном акте терроризма действия виновного следует квалифицировать по ст.306 УК РФ.

Прокуратура
Ульяновской области

Прокуратура Ульяновской области

20 февраля 2020, 14:03

Какие конкретно действия должно совершить лицо, чтобы они были расценены как заведомо ложный доноc о совершении преступления? Имеет ли значение для наступления уголовной ответственности способ доноса (устная, письменная форма, его анонимность и т.д.)? С какого момента данное преступление будет считаться оконченным?

Уголовная ответственность за заведомо ложный донос предусмотрена ст.306 УК РФ.

Общественная опасность преступления состоит в том, что оно нарушает нормальную работу правоохранительных органов, занимающихся проверкой заведомо ложного сообщения о совершении преступления. Неверная информация отвлекает силы и внимание органов следствия и дознания от борьбы с действительными преступлениями.

Объективная сторона данного преступления выражается в активных действиях, направленных на доведение до сведения правоохранительных органов заведомо ложной информации о не имевшем место в действительности преступном поведении человека. Заведомо ложный донос будет иметь место как в том случае, когда сообщается о полностью вымышленном преступном деянии, так и когда в реально существующем преступлении обвиняется заведомо не причастное к его совершению лицо.

Заведомо ложный донос может быть устным, письменным, выполненным по телефону, через других лиц и пр. Способ совершения преступления не имеет значения для решения вопроса о наличии состава преступления. Не имеет значения и то, назвал доносчик свое подлинное имя, намеренно изменил его или сделал анонимный донос.

Ложный донос считается оконченным с момента поступления в вышеуказанные органы ложного сообщения о совершении преступления.

Данное преступление может быть совершено только с прямым умыслом. То есть виновный осознает, что сообщает правоохранительным либо иным органам, обязанным реагировать на это сообщение, безусловно ложные, не соответствующие действительности сведения о совершении преступления, и желает совершить эти действия, т.е. ввести в заблуждение соответствующие государственные органы.

Мотивы ложного доноса в большинстве случаев носят личный характер (месть, неприязненные отношения, стремление скрыть истинного преступника и др.). Обычно это преступление совершается со специальной целью – возбуждение уголовного дела и привлечение конкретного невиновного лица к уголовной ответственности.

Субъектом ложного доноса может быть любое вменяемое лицо, достигшее возраста 16 лет.

Более строгая ответственность уголовным законом предусмотрена за донос, соединенный с обвинением лица в совершении тяжкого или особо тяжкого преступления ( ч.2 ст.306 УК РФ). Однако в таком случае необходимо, чтобы в доносе содержалось указание на конкретное лицо, якобы совершившее это преступление.

В ч.3 ст.306 УК РФ содержится особо квалифицирующий признак – донос, соединенный с искусственным созданием доказательств обвинения, фальсификацией, имитацией доказательственных фактов, которых на самом деле нет (например, подготовка подставных свидетелей, изготовление фальшивых вещественных или письменных доказательств).

Следует отметить, что ответственность за ложное сообщение об акте терроризма предусмотрена другой, специальной нормой – статьей 207 УК РФ (Заведомо ложное сообщение об акте терроризма). Объективная сторона состава преступления, предусмотренного ст. 207 УК РФ, такова, что ответственность возможна за заведомо ложное сообщение только о готовящемся акте терроризма. В случае заведомо ложного доноса о совершенном акте терроризма действия виновного следует квалифицировать по ст.306 УК РФ.

Источник

ПОНЯТИЕ И ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ЗА ЗАВЕДОМО ЛОЖНЫЙ ДОНОС

ЗАВЕДОМО ЛОЖНЫЙ ДОНОС будет правильным охарактеризовать как преступление против правосудия, предусмотренное статьей 306 УК РФ и заключающееся в сообщении заведомо неправильных, недостоверных сведений либо о готовящемся или уже совершенном преступлении, либо о лице его совершившем, для последующего возбуждения уголовного дела и привлечения к ответственности.
К органам, имеющим право возбудить уголовное дело, относят суды, прокуратуру, органы следствия и дознания, а также государственные и налоговые инспекции, таможни, органы власти, исполнительные органы и иные органы, на которые возложена обязанность передавать сведения о совершении преступлений должностным лицам, полномочным возбудить уголовное дело.

В сообщении может быть указано конкретное лицо или лица, совершившие преступление, либо лишь сам факт преступления, в том числе о приготовлении или покушении на преступление. Это может быть сообщение о преступлении без указания на конкретное лицо, но касающееся конкретного преступления.

Сообщение может быть устным или письменным, анонимным или подписанным реальным именем. Не имеет значения для квалификации преступления факт наличия или отсутствия подписи заявителя.
Заведомо ложный донос совершается с прямым умыслом, так как виновный сознает, что сообщает соответствующим органам заведомо не соответствующие действительности сведения о совершении преступления и желает их сообщить. Мотивами доноса могут быть месть, корысть, желание создать видимость наличия оправдывающих себя обстоятельств в глазах окружающих в связи с каким-либо неодобряемым поведением и другие побуждения.

При этом, заявление о совершении лицом преступления, сообщенное третьим лицам (на собрании или в частном разговоре) или в средствах массовой информации, оценивается как клевета. В качестве примера можно привести сообщение о даче или получении взятки, что в случае не подтверждения будет квалифицировано как преступление, предусмотренное ст. 128.1 УК РФ.

Субъектом заведомо ложного доноса является физическое лицо, достигшее 16-летнего возраста и обладающее вменяемостью.
Обвиняемый, совершивший заведомо ложный донос при осуществлении защиты от предъявляемого ему обвинения, не подлежит уголовной ответственности.

Однако, если обвиняемый на допросе дает заведомо ложные показания о совершении каким-либо лицом преступления, не имеющего отношения к тому преступлению, в котором он обвиняется, например, из мести лицу, которое он оговаривает, он может быть привлечен по ст. 306 УК РФ, так как эта ложь не может рассматриваться как средство самозащиты.
Свидетели и потерпевшие, допрошенные по определенному делу и давшие заведомо ложные показания о совершении данного преступления невиновным лицом, не являются субъектами заведомо ложного доноса, а подлежат ответственности за заведомо ложное показание (ст. 307 УК РФ).

Более строгая ответственность предусмотрена за действие, если оно соединено с обвинением лица в совершении тяжкого или особо тяжкого преступления либо с искусственным созданием доказательств обвинения.
Искусственное создание доказательств обвинения — это фальсификация, имитация доказательственных фактов, которые в действительности отсутствуют, или искажение реальных доказательств.

Если доказательства фальсифицирует лицо, производящее дознание, следователь, прокурор или защитник (последний, например, желая обеспечить алиби своему подзащитному), содеянное влечет ответственность по ст. 303 УК РФ, в остальных случаях виновный подлежит ответственности за ложный донос по ч. 2 ст. 306 УК РФ.

Общественная опасность рассматриваемого преступления заключается во введении в заблуждение органов правосудия, которые тратят время, материальные ресурсы и направляют свои усилия на расследование преступлений, которые на самом деле не совершались. Часто это делается в ущерб расследованию действительных преступлений, чем наносится еще больший вред правосудию. Помимо этого, ложный донос может затрагивать интересы потерпевших и свидетелей, которые будут тратить время на дачу показаний органам расследования, участие в следственных действиях, не говоря уже о тех случаях, когда невиновные в результате ложных доносов привлекались к ответственности, брались под стражу и даже осуждались.

Источник

ПОНЯТИЕ И ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ЗА ЗАВЕДОМО ЛОЖНЫЙ ДОНОС

ЗАВЕДОМО ЛОЖНЫЙ ДОНОС будет правильным охарактеризовать как преступление против правосудия, предусмотренное статьей 306 УК РФ и заключающееся в сообщении заведомо неправильных, недостоверных сведений либо о готовящемся или уже совершенном преступлении, либо о лице его совершившем, для последующего возбуждения уголовного дела и привлечения к ответственности.
К органам, имеющим право возбудить уголовное дело, относят суды, прокуратуру, органы следствия и дознания, а также государственные и налоговые инспекции, таможни, органы власти, исполнительные органы и иные органы, на которые возложена обязанность передавать сведения о совершении преступлений должностным лицам, полномочным возбудить уголовное дело.

В сообщении может быть указано конкретное лицо или лица, совершившие преступление, либо лишь сам факт преступления, в том числе о приготовлении или покушении на преступление. Это может быть сообщение о преступлении без указания на конкретное лицо, но касающееся конкретного преступления.

Сообщение может быть устным или письменным, анонимным или подписанным реальным именем. Не имеет значения для квалификации преступления факт наличия или отсутствия подписи заявителя.
Заведомо ложный донос совершается с прямым умыслом, так как виновный сознает, что сообщает соответствующим органам заведомо не соответствующие действительности сведения о совершении преступления и желает их сообщить. Мотивами доноса могут быть месть, корысть, желание создать видимость наличия оправдывающих себя обстоятельств в глазах окружающих в связи с каким-либо неодобряемым поведением и другие побуждения.

При этом, заявление о совершении лицом преступления, сообщенное третьим лицам (на собрании или в частном разговоре) или в средствах массовой информации, оценивается как клевета. В качестве примера можно привести сообщение о даче или получении взятки, что в случае не подтверждения будет квалифицировано как преступление, предусмотренное ст. 128.1 УК РФ.

Субъектом заведомо ложного доноса является физическое лицо, достигшее 16-летнего возраста и обладающее вменяемостью.
Обвиняемый, совершивший заведомо ложный донос при осуществлении защиты от предъявляемого ему обвинения, не подлежит уголовной ответственности.

Однако, если обвиняемый на допросе дает заведомо ложные показания о совершении каким-либо лицом преступления, не имеющего отношения к тому преступлению, в котором он обвиняется, например, из мести лицу, которое он оговаривает, он может быть привлечен по ст. 306 УК РФ, так как эта ложь не может рассматриваться как средство самозащиты.
Свидетели и потерпевшие, допрошенные по определенному делу и давшие заведомо ложные показания о совершении данного преступления невиновным лицом, не являются субъектами заведомо ложного доноса, а подлежат ответственности за заведомо ложное показание (ст. 307 УК РФ).

Более строгая ответственность предусмотрена за действие, если оно соединено с обвинением лица в совершении тяжкого или особо тяжкого преступления либо с искусственным созданием доказательств обвинения.
Искусственное создание доказательств обвинения — это фальсификация, имитация доказательственных фактов, которые в действительности отсутствуют, или искажение реальных доказательств.

Если доказательства фальсифицирует лицо, производящее дознание, следователь, прокурор или защитник (последний, например, желая обеспечить алиби своему подзащитному), содеянное влечет ответственность по ст. 303 УК РФ, в остальных случаях виновный подлежит ответственности за ложный донос по ч. 2 ст. 306 УК РФ.

Общественная опасность рассматриваемого преступления заключается во введении в заблуждение органов правосудия, которые тратят время, материальные ресурсы и направляют свои усилия на расследование преступлений, которые на самом деле не совершались. Часто это делается в ущерб расследованию действительных преступлений, чем наносится еще больший вред правосудию. Помимо этого, ложный донос может затрагивать интересы потерпевших и свидетелей, которые будут тратить время на дачу показаний органам расследования, участие в следственных действиях, не говоря уже о тех случаях, когда невиновные в результате ложных доносов привлекались к ответственности, брались под стражу и даже осуждались.

Источник

Апелляция оправдала мужчину, обвиняемого в заведомо ложном доносе на применивших к нему силу полицейских

Оренбургский областной суд вынес апелляционный приговор (есть у «АГ»), которым оправдал гражданина, признанного первой инстанцией виновным в заведомо ложном доносе на сотрудников ГИБДД, которые, по его заявлению, применили к нему силу при составлении протокола об административном правонарушении. Адвокат АП Оренбургской области Альберт Миргалеев, который защищал подсудимого, рассказал «АГ» о нюансах уголовного дела.

Попытка привлечь полицейских к ответственности обернулась уголовным делом

17 января 2020 г. лишенный права управления транспортными средствами гражданин П. находился за рулем автомобиля Hyundai Matrix в селе Пономаревка Пономаревского района Оренбургской области и был остановлен двумя сотрудниками ГИБДД. Один из них составил в отношении правонарушителя протокол по факту совершения административного правонарушения по ч. 1 ст. 12.7 КоАП.

Далее П. подал в полицию заявление о привлечении сотрудников ГИБДД к ответственности за применение в отношении него силы. Он сообщил, что полицейские причинили ему телесные повреждения в виде гематомы на плече и ребрах с правой стороны, попытавшись заломить ему руку за спину. Мужчина также уведомил об инциденте прокуратуру, оперативно-разыскную часть Собственной безопасности областного УМВД и региональное Следственное управление СКР.

Результаты проверки не выявили в действиях сотрудников ГИБДД состава преступления, поэтому они не подверглись уголовному преследованию, однако в отношении самого П. было возбуждено уголовное дело по ч. 2 ст. 306 УК РФ за заведомо ложный донос. По версии следствия, П. намеревался сообщить правоохранителям заведомо ложные сведения о якобы совершенном сотрудниками ГИБДД преступлении по п. «а» ч. 3 ст. 286 «Превышение должностных полномочий» УК РФ, относящемся к категории тяжких преступлений. Тем самым, по мнению предварительного следствия и гособвинения, П. неправомерно вмешался в деятельность правоохранительных органов и отвлек их работников от выполнения вверенных им обязанностей по обеспечению общественной безопасности и правопорядка, чем ущемил интересы государства в связи с проверкой сообщения о совершении преступления, по результатам которой было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела.

Мужчине была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Суд вынес обвинительный приговор

Уголовное дело рассматривалось в Пономаревском районном суде Оренбургской области. В ходе судебного разбирательства подсудимый не признал свою вину. По его словам, он вместе супругой сначала подъехали к магазину компьютерной техники, а затем решили заглянуть в строительный магазин, для чего он сел в машину и подъехал к этой торговой точке. Как пояснил суду П., как только он вышел из машины, его окликнул сотрудник полиции А., который стал утверждать, что мужчина находится в состоянии алкогольного опьянения, и пригласил его в патрульную машину для составления административного материала.

Подсудимый рассказал, что он решил выйти из машины на улицу и покурить, но сотрудник ГИБДД схватил его за руку, а подбежавший к нему напарник вновь затолкал его в служебный автомобиль. По словам обвиняемого, после оформления документов, которые он подписал, его отпустили, а к вечеру у него заболела рука. В ходе медосвидетельствования медики посоветовали ему взять направление на побои, чтобы его могли дальше осматривать врачи.

Далее, по словам П., он обратился в полицию, где полицейский Я. пояснил ему: если тот хочет получить направление на побои, ему следует написать заявление о привлечении к уголовной ответственности лиц, причинивших ему телесные повреждения, что в итоге он и сделал. Подсудимый добавил, что он написал заявление, чтобы правоохранительные органы дали оценку действиям сотрудников ГИБДД.

В свою очередь, оба сотрудника ГИБДД пояснили суду, что не применяли физическую силу в отношении обвиняемого. По словам одного из них, он не выворачивал руку П., а его напарник удерживал того за туловище, и сделано это было лишь для того, чтобы правонарушитель не покинул место составления документов об административном правонарушении. Полицейский Я. дал показания о том, что он предупреждал обвиняемого об уголовной ответственности за заведомо ложный донос по ст. 306 УК РФ, и тот самостоятельно написал заявление, в котором просил привлечь к установленной законом ответственности двух полицейских. Медики, оказывавшие помощь обвиняемому, подтвердили наличие у него телесных травм, равно как и результаты проведенных экспертиз.

Суд критически отнесся к показаниям подсудимого, заключив, что факт нанесения ему телесных повреждений именно сотрудниками ГИБДД не подтвердился. «Вместе с тем материалами дела не доказано, что сотрудники полиции применяли либо пытались применить в отношении П. боевые приемы борьбы в виде “загиба руки за спину рывком”, либо чрезмерно отводили руку, либо вращали руку П. вокруг своей оси», – заключила первая инстанция. Суд также пришел к выводу, что показания сотрудников ГИБДД подтверждаются в том числе записями камер видеонаблюдения.

«Довод подсудимого о том, что он обратился с заявлением о привлечении сотрудников ГИБДД к установленной законом ответственности с целью самозащиты для того, чтобы правоохранительные органы дали оценку действиям сотрудников полиции, не может свидетельствовать о невиновности подсудимого в инкриминируемом ему преступлении, поскольку, обращаясь с вышеуказанным заявлением и указывая, что сотрудники полиции причинили ему телесные повреждения, ему достоверно было известно, что данные телесные повреждения действиями сотрудников полиции нанесены ему быть не могли», – заключил суд.

Таким образом, первая инстанция посчитала доказанной вину П. в совершении инкриминируемого преступления и назначила ему наказание в виде штрафа в 100 тыс. руб.

Обжалование приговора

В апелляционной жалобе адвокат Альберт Миргалеев указал, что установленный первой инстанцией мотив совершения подсудимым преступления – избежать ответственности за административное правонарушение – является надуманным, так как такой механизм не позволил его подзащитному избежать ее. Защитник добавил, что заключения экспертов о характере полученных травм не исключают возможность правдивости событий, описываемых его доверителем в заявлении о привлечении сотрудников ГИБДД к ответственности, что не образует состав преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 306 УК РФ.

В дополнительной жалобе (есть у «АГ») адвокат добавил, что гособвинитель формально отнесся к исследованию доказательств, а именно к заявлениям его подзащитного в прокуратуру и СО СУ СК РФ Оренбургской области, которые не были зачитаны в полном объеме. Он также сослался на то, что ложный донос состоит в сообщении заведомо ложных сведений с целью добиться осуждения или привлечении к ответственности заведомо невиновного лица. Вместе с тем установленные судом обстоятельства свидетельствовали лишь о том, что П. преследовал цель разобраться в сложившейся ситуации. Самими сотрудниками полиции не оспаривался факт применения силы в отношении мужчины. По словам защитника, подсудимый правдиво изложил события в заявлении, однако в силу отсутствия специальных познаний в области права не мог дать правовую оценку действиям сотрудников ГИБДД и, добросовестно заблуждаясь, обратился в правоохранительные органы, посчитав, что оснований для применения к нему физической силы не было. Соответственно, подача такого заявления носила вынужденный характер как способ защиты своих интересов.

В возражениях на жалобу (есть у «АГ») прокуратура просила оставить вынесенный приговор без изменения, а апелляционную жалобу защитника – без удовлетворения. По мнению гособвинения, судом была дана верная юридическая оценка совокупности собранных по делу доказательств, само наказание назначено с учетом характера и степени тяжести совершенного преступления, а право обвиняемого на защиту в ходе предварительного следствия и судебного разбирательства не нарушалось.

Апелляция пришла к выводу, что приговор вынесен на основе предположений

В своем апелляционном приговоре от 1 апреля Оренбургский областной суд отметил, что выводы первой инстанции о виновности подсудимого основаны на предположениях и не подтверждаются совокупностью доказательств, исследованных в судебном заседании.

Как пояснила вторая инстанция, показания сотрудников ГИБДД не свидетельствуют о виновности П., а лишь подтверждают обстоятельства составления в отношении последнего протокола об административном правонарушении и факт применения физической силы в соответствии с Законом о полиции. Апелляционный суд добавил, что сам факт обращения обвиняемого в правоохранительные органы с заявлением о привлечении двух сотрудников ГИБДД к ответственности не свидетельствует о наличии в его действиях состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 306 УК РФ.

«Так, ни одно из поданных П. заявлений не содержит требований о привлечении сотрудников ГИБДД к уголовной ответственности, в том числе и по п. “а” ч. 3 ст. 286 УК РФ, на что имеется указание в приговоре. В своих заявлениях П. просит лишь дать правовую оценку действиям сотрудников ГИБДД, которые причинили ему телесные повреждения во время составления протокола об административном правонарушении, поскольку он посчитал их действия неправомерными», – отмечено в апелляционном приговоре.

В нем также указано, что показания свидетеля Я., приведенные в обвинительном приговоре, говорят лишь о том, что П. в его присутствии написал заявление о привлечении сотрудников ГИБДД к ответственности за то, что те причинили ему телесные повреждения, но не являются доказательством виновности подсудимого в заведомо ложном доносе. В свою очередь, из показаний медработников следовало, что обвиняемый обращался к ним за медицинской помощью и пояснял, что травмы получил от правоохранителей. «Вместе с тем в показаниях медицинских работников нет сведений о получении П. телесных повреждений в ином месте и при иных обстоятельствах», – подчеркнула апелляция.

Она добавила, что нижестоящий суд в качестве мотива совершения П. преступления указал, что последний намеревался избежать ответственности за совершенное административное правонарушение, однако этот гражданин был привлечен к таковой и не обжаловал соответствующее постановление суда, что свидетельствует об его согласии с этим судебным актом. При этом сам факт применения в отношении обвиняемого силы сотрудниками ГИБДД подтверждался их пояснениями и результатами служебной проверки, а данные проведенных экспертиз не дают однозначного ответа, мог ли обвиняемый получить телесные травмы в ином месте и при других обстоятельствах. «Таким образом, приведенный судом первой инстанции анализ доказательств, исследованных в судебном заседании в совокупности, не позволяет сделать вывод о виновности П. в совершении заведомо ложного доноса о совершении преступления, соединенного с обвинением лица в совершении тяжкого преступления», – отмечено в апелляционном приговоре.

В этом же документе сообщается, что в ходе судебного разбирательства во второй инстанции прокурор просил возвратить ему уголовное дело на основании ч. 1 ст. 237 УПК РФ, однако данное ходатайство было отклонено апелляцией: «Отсутствие в обвинительном заключении сведений о том, с кем, когда и как предупреждался П. об уголовной ответственности, не является существенным нарушением УПК РФ, поскольку ответственность за заведомо ложный донос наступает независимо от того, был ли заявитель предупрежден об уголовной ответственности по ст. 306 УК РФ или нет».

Таким образом, апелляция отменила обвинительный приговор и оправдала подсудимого, признав за ним право на реабилитацию.

Комментарий защитника

В комментарии «АГ» Альберт Миргалеев пояснил, что его подзащитный связывает собственное уголовное преследование с ДТП, произошедшим 26 февраля 2019 г., в котором он участия не принимал. Оформлением инцидента занимался сотрудник полиции, являющийся свидетелем по уголовному делу. «В производстве Пономаревского районного суда Оренбургской области сейчас находится гражданское дело по иску страховой компании в порядке регресса, связанному с вышеупомянутым фактом, в деле имеются противоречивые экспертные заключения, рецензионные исследования, которые в том числе исключают возможность участия транспортного средства моего доверителя в произошедшем столкновении», – сообщил адвокат.

По его словам, во время составления административного материала его доверителю были нанесены телесные повреждения, один из сотрудников полиции, обосновывая свою оперативность и жесткость мер реагирования, обронил следующую фразу: «Это по заказу».

«Сложность самого уголовного дела была невысока, поскольку для стороны защиты был изначально очевиден весь комплекс правовых пробелов, с которым столкнутся орган предварительного следствия и в дальнейшем – государственный обвинитель. Стратегия защиты не строилась на изменении фактической картины произошедшего, указанные в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого обстоятельства и события имели место быть, за исключением одного – мой доверитель не желал никого привлечь к уголовной ответственности, а вопрошал о привлечении к установленной законом ответственности; в рассматриваемой ситуации это могли быть в том числе и составы административных правонарушений. В своих показаниях мой доверитель последовательно сообщал, что не знаком с действующим законодательством в той мере, в которой бы ему это позволило оценить действия сотрудников полиции с позиции права, специальными юридическими познаниями он не обладает, а указание в своих заявлениях об избиении отождествлено в его понимании с применением физической силы, после которой появились многочисленные гематомы», – пояснил Альберт Миргалеев.

Защитник добавил, что в настоящее время идет подготовка к подаче иска о возмещении морального вреда и имущественного ущерба, поскольку правом реабилитации его доверитель непременно воспользуется.

Источник

Операционные системы и программное обеспечение